Отрок.ua

This page can found at: https://otrok-ua.ru/sections/art/show/dat_mesto_deistvovat_bogu.html

Дать место действовать Богу

Архиепископ Обуховский Иона, Юлия Коминко

«Анатомией высокоумия» можно было бы назвать эту беседу, состоявшуюся в редакции «Отрока» пока готовился номер. Но вряд ли возможно так сходу разобрать и разложить по полочкам настолько сложное явление. Хотя главного, считаем, нам удалось достичь: отследить, как действует невидимый яд высокоумия, и выяснить, чем эта духовная болезнь опаснее всех остальных грехов.

— Владыка, не даёт покоя вопрос о происхождении высокоумия. Откуда у человека, существа очень уязвимого и подверженного всевозможным опасностям, появляется уверенность, что он лучше Господа знает, как надо?

— Вопрос, конечно, сложный и многослойный. Можно начать с того, что такое высокоумие. Преподобный Серафим Саровский говорил, что зачастую Господь людям, любящим Его, попускает впадать в какие то тяжёлые и страшные грехи — для того, чтобы они не впали в ещё больший грех высокоумия.

Высокоумие — это чрезвычайно высокое мнение о себе, о своих умственных и иных способностях. Опасно оно тем, что практически незаметно. То есть человек сродняется с мыслью, что он действительно не таков, как прочие человецы (Лк. 18, 11), «не тварь дрожащая, а право имеет», живёт, полностью погрузившись в эту мысль, и руководствуется исключительно ею, совершенно не оставляя в своей жизни места Богу. При этом он может быть и верующим, воцерковленным, ходить в храм. И особенно если всё у него гладко, спокойно, без шероховатостей — нет взлётов, подвигов, нет и грехопадений, которые бы его смиряли, — он привыкает к такому укладу, живёт ровно, будучи при этом уверен, что сам прекрасно знает, что и как делать.

Пребывать в осознании — даже не своей исключительности, а просто «нормальности», среднего уровня («явно не грешу, никого не обижаю, никому не досаждаю, всё у меня нормально вроде бы») — очень опасно. Потому что когда нет запроса на подвиг, на преодоление себя, и самое главное — когда нет запроса на благодать Святого Духа, которую надо призывать не только устами, читая регулярно «Царю Небесный» и другие молитвы, но буквально вопиять к Небу, прося Господа дать помощь, исцелить и укрепить, — без всего этого человек неспешно, но очень явно деградирует.

Опасность ещё и в том, что подобное состояние трудно проконтролировать. Часто оно заметно только духовнику. Но в наших силах — каждого, кто живёт церковной жизнью, — научиться его в себе замечать.

Очень мало таких людей, которые имеют постоянное и непрестанное горение ко Господу. Эти люди именуются святыми, то есть избранными. О них мы с восхищением читаем в патериках. Но, опять же, из духовной литературы знаем, что тех, кто буквально с детства и до старости провёл всю жизнь в служении Господу без падений и явных отступлений, — единицы. Они особо избранные, их сердце было настолько чистым, неудобопреклонным ко греху тщеславия и высокоумия, что им совершенно не вредило пребывание в постоянном богообщении.

Но Господь — Сердцеведец. Он каждому даёт по его сердцу. И ведёт к Себе (если, конечно, мы хотим идти) наиболее спасительным путём. В том числе попуская впадать в тяжкие грехи — как об этом и предупреждал преподобный Серафим Саровский.

Внимательный к себе человек, впадая в грех, отрезвляется и видит свою немощь. Видит, что отнюдь не столь крепок, как ему казалось. Что отнюдь не является скалой веры, и малейший ветер из ада тут же сносит его влево — в сторону преисподней. И, понимая это, начинает приближаться к трезвому о себе представлению, к осознанию, что без помощи Божией, без благодати Божией преуспеть совершенно невозможно. Тогда и начинает не устами, а сердцем призывать Господа, буквально вопиет: Боже, в помощь мою вонми, Господи, помощи ми потщися. Да постыдятся и посрамятся ищущии душу мою, да возвратятся вспять и постыдятся хотящии ми злая (Пс. 69, 1–2). В этих словах из Псалтири говорится не о людях, которые должны постыдиться и посрамиться, и возвратиться вспять, а о демонах, потому что именно они приносят злая человеку. Вот когда начинаем так молиться, Господь приходит на помощь, и мы имеем возможность возвыситься.

— Если замечаешь в себе высокоумие, как исправлять ситуацию? Не дожидаясь, пока Господь начнёт вразумлять...

— Сохранять трезвое о себе понятие очень помогает житийная литература, относящаяся к периоду египетского монашества. Почему именно она? Во-первых, о древних пустынниках сохранилось больше всего повествований. А во вторых, есть такой парадокс: чем ближе во временнóм отношении к нам жил человек, тем более истории о нём приобретали черты, характерные для сложившегося уже канона житий святых. То есть мы видим только череду побед и практически никогда — поражений. Падения если и упоминаются, то вскользь, схематично или заретушировано.

К слову, отголоски древних жизнеописаний отчётливо прослеживаются в нашем Киево-Печерском патерике. Так, мы читаем, что многие Печерские преподобные прошли через падения, и как раз это состояние ещё больше приблизило их к Богу, потому что таким образом они были явно исцелены от высокоумия.

Ярчайшие примеры — Никита-затворник и Исаакий-затворник. Оба были заражены как раз этим грехом, то есть считали себя не такими, как другие. А дьявол не бьёт в лоб, он всегда работает «под прикрытием». Понятно, что подвижники вряд ли допускали мысль, что они — избранники Божии, светочи по сравнению с прочей «приземлённой греховной массой». Нет. Но всё равно в них очень тонко действовал яд тщеславия и высокоумия.

Это моё предположение подтверждается хотя бы тем, что, подвергнувшись искушению, они не отринули его. Благодать Божия их не защитила, и в своём подвиге затворничества они потерпели поражение. И Никита, затворник Печерский, который предсказывал будущее, толковал Писание, наставлял приходящих к нему людей, почувствовал себя на достаточной духовной высоте. И Исаакий, затворник Печерский, так же — хоть и не имел видимых проявлений, как у Никиты, но однако же когда дьявол предстал перед ним в образе Христа со ангелы, посчитал себя достойным явления Господа и поклонился дьяволу, как Христу. Мы знаем, как жестоко с ним обошлись демоны: принудили его к плясанию и пляской заморили до полусмерти — так, что братия Киево-Печерской лавры еле еле его выходили. Всё это подробно описано в Печерском патерике.

В житии преподобного Сергия Радонежского уже меньше встречается подобных вещей, хотя несомненно, что он тоже прошёл через испытания. И многие другие жития святых второго тысячелетия повествуют преимущественно о взлётах.

Почему ещё полезно читать жизнеописания древних, и особенно египетских монахов? Потому что все эти книги — что «Луг духовный», что «Лавсаик», что многие патерики — написаны современниками, очевидцами. Их составляли очень и очень трезво, упоминая обо всём, что случалось, совершенно не приукрашая, без цели завуалировать какие то, может быть, неприглядные стороны или грехопадения тогдашних отцов. Это было необходимо, чтобы показать, как подвижники, победив дьявола и преодолев себя, становились святыми. И о том, как другие братия при тех же условиях и в тех же монастырях погибали, поработившись греху.

Ведь духовная жизнь — это не шутки. Враг наш дьявол ходит, яко рыкающий лев, ища, кого поглотить (1 Пет. 5, 8), и даже живя в условиях максимально благоприятных — ходя в храм, имея духовника, читая душеполезные книги, — всё равно можно погибнуть. Потому что не устоит человек, который перестаёт всем сердцем призывать Господа на помощь, осознавать себя нищим духом. Мы знаем первую заповедь блаженства — блаженны нищие духом (Мф. 5, 3). Как толкуют её святые отцы? Нищие — это те, кто нуждается. Блаженны нищие духом — это люди, которые осознают свою нищету, ощущают необходимость в помощи Святого Духа. Чувствуют себя настолько немощными, что буквально требуют у Господа благодати, которая бы укрепляла их на пути христианина. Только если человек от всего сердца признаёт себя нищим духом, тогда он действительно, по слову Господа, будет близок к Царствию Небесному.

В этом отношении высокоумие — незаметный краник, постепенно перекрывающий нам источник Святого Духа, Которым, как поётся в церковном песнопении, «всяка душа живится и чистотою возвышается». Потому святые и говорят об этом грехе как об одном из самых опасных. Грехи явные, являющиеся нарушением заповедей Божиих, как это ни парадоксально звучит, зачастую служат человеку как раз к возвышению. Потому что, согрешив и ужаснувшись содеянному, люди в корне меняют свою жизнь, начинают всем сердцем стремиться ко Господу и становятся совсем другими. Так действует Промысл Божий, который, по Катехизису святителя Филарета (Дроздова), «зло пресекает или исправляет и обращает к добрым последствиям».

Вообще видение своих грехов — это не что то вполне очевидное. Не зря в молитве преподобного Ефрема Сирина, которую все православные христиане читают Великим постом, о видении своих грехов говорится как о даре Божием: «Господи, Царю, даруй ми зрети моя согрешения». Святые отцы говорят, что блажен не тот, кто видит ангелов, а тот, кто видит свои грехи. Поэтому важно всегда иметь о себе трезвое, спокойное понятие, испытывать нужду в благодати Святого Духа. Тогда Господь обязательно приходит на помощь, обязательно Его благодать живит нас, и мы имеем возможность приближаться ко Господу и жить по Божиему.

— Вы говорите, что без взлётов и падений в духовной жизни можно впасть в высокоумие. А как же совет святых отцов держаться «золотой середины», «царского пути», избегать крайностей? Кто то прочитает сейчас эти строки и пойдёт искать подвиг на свою голову...

— Во времена моей юности бытовала поговорка: «В жизни всегда есть место подвигу». И даже в спокойной, мирной, ровной повседневности, действительно, всегда есть место подвигу.

Я не говорю о сверхъестественных вещах — многодневных бдениях или сотнях земных поклонов. Подвигом является и милостыня — когда человек подавляет в себе привязанность к материальным вещам, жадность, какой бы она ни была большой или маленькой, и помогает нуждающимся.

Подвигом является и домашняя молитва, когда, несмотря на массу дел и забот, мы находим время для того, чтобы пообщаться, поговорить с нашим Господом.

Подвигом является и хождение в храм на богослужение — когда в любую погоду, в любом состоянии и настроении мы собираемся и идём праздновать малую Пасху, славословить Воскресшего Христа.

Подвигом является и терпение наших ближних, с которыми мы поставлены рядом. Ведь апостол Павел как говорил? Друг друга тяготы носите и тако исполните закон Христов (Гал. 6, 2). Не сказал: поститесь и так исполните закон Христов. Или: молитесь и так исполните закон Христов. Но — «друг друга тяготы носите». Почему? Потому что у нас есть две главные заповеди: любовь к Богу и любовь к ближнему. И тяготы друг друга нести нужно не со злостью на судьбу, не с раздражением или чувством безысходности, что всё равно мы ничего не изменим, а непременно с любовью, с расположением конкретно к данному человеку — тогда это действительно будет исполнением закона Христова и подвигом.

Таким образом, всегда есть место подвигу. Каждый день у нас есть возможность угодить Господу, исполняя Его заповеди.

— Как этому научиться — давать в своей жизни место действовать Богу? — Мне сложно сказать, потому что если бы я сам так жил, то, возможно, мог бы дать какой то совет...

Наверное, всегда необходимо помнить слова молитвы «Отче наш»: да будет воля Твоя (Мф. 6, 10). Не моя воля, но Твоя, Господи! Вот ориентир и вектор, к которому мы должны стремиться, чтобы с готовностью принять волю Божию.

Воля Божия во многом проявляется — в каких то ситуациях, встречах. И если мы говорим: «Господи, да будет воля Твоя!», должны всё на своём пути принимать как проявление воли Божией, как экзамены или испытания, которые Господь даёт, чтобы мы максимально очистились от страстей, от грехов и приблизились к Нему.

Ещё нужно помнить очень важные слова святителя Иоанна Златоуста. Он сказал их не в благоденствии, не на первосвятительской кафедре блистательного Константинополя, но в ссылке, в лишениях, опозоренный и изгнанный. «Слава Богу за всё!» — такими были его слова перед смертью, и они должны стать лейтмотивом и нашей жизни. Чтобы присутствовала в нас готовность с благодарностью принять волю Божию, какой бы она ни была.

Не зря говорят: «Кто в море не ходил, тот Богу не молился». Действительно, кто побывал в критическом состоянии, познал, что не имеет «ни иныя помощи, ни иныя надежды», уже ищет поддержки только у Господа, у Пресвятой Богородицы и у святых, приучается жить по Божией воле, искать её и следовать ей.

Ранее опубликовано: № 1 (94) Дата публикации на сайте: 16 June 2020