Реr аsреrа аd astrae?
(через тернии к звездам)

Даже если писать о профессии врача, опираясь только на опыт вчерашнего студента-медика, совсем недолго пробывшего в роли доктора, получится не статья, а целая книга. Наверное, профессионалу с многолетним стажем легко и приятно было бы рассказать о своей профессии, о «спасенных жизнях» и «благодарных больных», и конечно, о своем «тернистом пути к звездам». Вчерашнему студенту с его первыми неудачами и разочарованиями это гораздо сложнее: мешает накопившаяся усталость от постоянных попыток продраться через бесконечные «тернии» к давно потерянным из виду сомнительным «звездам». И все же стоит попробовать — может, эти записки помогут кому-то избежать серьезной ошибки или станут небольшим предупреждением при встрече с первыми трудностями. И хочется сразу честно предупредить: романтики не будет. Почти…

Если говорить о выборе профессии врача, то выбор этот непрост: это не выбор ремесла, не выбор способа зарабатывания денег и даже не выбор интересной профессии или престижной специальности. Это больше похоже на выбор образа жизни, поскольку речь идет не о том, кем ты будешь работать, а скорее о том, кем ты будешь являться для многих людей, какую роль ты сыграешь в их жизни. Наверное, это чем-то похоже на профессию священника (при всей неуместности здесь слова «профессия»). Думаю, тот, кто когда-нибудь серьезно болел, поймет. Ведь для больного человек в белом халате — это не «исполнитель служебных обязанностей» и не «сотрудник клиники» со своими проблемами и пробелами в знаниях.

Врач очень часто воспринимается как «сверхчеловек» со сверхъестественными возможностями (ведь ожидания больных нередко превышают возможности медицины). Врач не может быть уставшим, больным, расстроенным, раздраженным, голодным, в конце концов! Каждый ваш взгляд будут ловить, каждое случайное слово запоминать, каждый жест оценивать. Словом можно убить, а можно оживить. Когда-то преподаватель инфекционных болезней как бы в шутку сказал, что когда в больнице нет нужного лекарства, что, кстати, не редкость, тогда лечим, например, зеленкой и добрым словом; на практике оказалось, что это не совсем шутка…

Медицина — это ни в коем случае не ремесло. Ремесленник оттачивает свое умение, действует по заученной схеме, накапливает опыт и совершенствуется, но для медицины такая модель не подходит. Врач имеет дело не с материалом, а с живым неповторимым, уникальным человеком; часто бывают ситуации, когда выбор лечебной тактики зависит от совести и личностных качеств доктора (в то время как юридически могут быть одинаково оправданы оба пути, но врач идет на риск и выбирает более опасный, но перспективный для больного; либо наоборот, не рискует своей репутацией, действует по шаблону, но при этом не оставляя больному почти никакой надежды на улучшение).

Медицина — наука не точная. Отдельные науки, составляющие ее, например, физиологию, биохимию, анатомию, фармакологию, можно назвать точными, но в целом медицину — нельзя. Парадокс, но факт. И это понятно: человек необъятен, до конца непознаваем. Безусловно, здесь есть место чуду! Как пример можно рассмотреть эффект плацебо: если больному дать «пустышку» (например, таблетку, содержащую мел или другое нейтральное вещество) и сказать, что это очень эффективное лекарство и оно должно подействовать определенным образом, в значительном проценте случаев можно ожидать, что оно подействует! Таких случаев полно в литературе, и наука, изучая действие лекарств, всегда сравнивает их эффективность с плацебо). То есть эффективность лечения очень сильно зависит от веры больного. Значит, вера должна быть и у врача, и эта вера должна быть на чем-то основана. На чем же? Конечно, на доверии Богу, на надежде на Его помощь.

Парацельс говорил, что сила врача — в его сердце. Как-то один пожилой опытный доктор задавал нам риторический вопрос: почему после дежурства одного врача в отделении интенсивной терапии (где довольно тяжелые больные) состояние большинства больных улучшается, а после другого — ухудшается? Ведь подходы к лечению одинаковые… Убежденный атеист, он высказал предположение: может, в самом деле Бог лечит, а врач — лишь посредник (хороший или плохой)?

Иногда говорят, что врач спорит с Богом. Конечно, это не так. Но иногда может создаться такое впечатление. Реаниматор оживляет больного, вдыхает воздух в бездыханное тело, заставляет сокращаться остановившееся сердце. Да, Бог дал человеку способность к творчеству, к преображению мира, к борьбе со злом. И иногда получается спасти жизнь, как будто бы «воскресить» человека. Но необходимо понимание, что без Его воли ничего невозможно.

Тем, кто думает о выборе профессии врача, хотелось бы сказать: сто раз подумайте! Будет тяжело, иногда невыносимо (конечно, если у вас есть совесть). Будут трудности, разочарования, неуверенность, страх перед неудачей, мучения совести и многое другое. Часто будет возникать непреодолимое желание все бросить (многие уходят из университета на 2…3-м курсе). Станете циничнее, черствее; поэтическая, яркая, идеалистическая картина мира потускнеет, на ней появятся мрачные детали, изменится мироощущение… Не обязательно, конечно, что это случится с вами; я говорю о своем частном опыте и об опыте многих моих сокурсников. Но вы спросите: а будет ли радость? Пусть не корыстная, ну хотя бы глоток холодной воды на пыльной жаркой дороге, чтобы можно было идти дальше? Чувство удовлетворения от сделанного, благодарность? Будет, я это точно знаю. Не на своем опыте — его пока нет, но мы видели это в глазах наших «учителей» — и известных ученых, и простых молодых врачей. Но это — дар Божий, и дается не сразу и не всем.

Есть аргумент «за», который перевешивает вес всех «против»: если вы выстоите против этих трудностей, держась «за край Его ризы», то может быть, сможете когда-нибудь сказать, что жизнь прошла не зря. Ведь даже самая маленькая частичка облегчения и утешения, подаренная другому человеку или живому существу, приносит несравненно большую радость, чем любые удовольствия. Это радость, которую нельзя купить и можно забрать с собой в Вечность.

У входа на одну из клинических кафедр висела надпись: «Светя другим, сгораю сам». Как в песне Макаревича про костер. Конечно, так жить и работать могли немногие (например, святитель Лука). Но если ты выбираешь этот путь, у его начала должно быть хотя бы такое желание, согласие «сгорать» для совсем чужих, незнакомых и часто даже несимпатичных тебе людей, в ущерб себе, своему здоровью, своей семье. Если даже в начале пути нет такого вдохновения, начинать не стоит. Лучше стать хорошим менеджером или домохозяйкой, чем посредственным врачом. Потому что врачи в конце концов не бывают посредственными. Они бывают хорошие или плохие.

Хочется полностью согласиться с о. Андреем Кураевым, который заметил на одной из своих лекций, что медицина в нашей стране не является христианской областью. Да, христианство заглядывало и в эту сферу человеческой деятельности в лице таких людей, как святитель Лука (Войно-Ясенецкий), знаменитый киевский врач начала века Яновский и многих других, но в целом… А ведь это та область, которая в первую очередь должна быть христианской! Особенно в нашей стране, где человек не защищен надежно всякими страховками и законами, другого выхода нет. И никакие Указы и Приказы не смогут сделать ее человечнее. Это могут сделать только люди, которые живут здесь и сейчас, в этой стране, то есть мы. И это самая простая и прямая наша обязанность — что вы сделали одному из малых сих, то сделали Мне. А что мы сделали? На самом деле, именно сейчас очень нужны православные врачи, для которых и ребенок-инвалид, и умственно отсталый, и 90-летний старик, и плод в утробе матери — тоже бесценные люди, образы Бога, достойные сострадания и действенной помощи, а не бесперспективные больные или вообще не люди; и для которых смерть — не «мясо в яму», а дверь в Вечную Жизнь, через которую человек должен пройти достойно.